Топ Новое

НАГОРНЫЙ КАРАБАХ ПРОТИВ АЗЕРБАЙДЖАНО-ТУРЕЦКОЙ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ КОАЛИЦИИ

14-10-2020, 15:20 Просмотров: Политика, Тема дня
НАГОРНЫЙ КАРАБАХ ПРОТИВ АЗЕРБАЙДЖАНО-ТУРЕЦКОЙ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ КОАЛИЦИИ


14 октября 2020, 15:20 - NovostiNK
Азербайджан в союзе с Турцией и с использованием тысяч боевиков международ-ных террористических формирований ИГИЛ, нарушая нормы международного гумани-тарного права и логику переговорного процесса, 27 сентября с.г. начал очередную во-енную агрессию и развязал широкомасштабную войну против армян Нагорного Кара-баха. При этом безответственность политики президента И. Алиева проявилась и в том, что он проигнорировал призывы генерального секретаря ООН Антонио Гутерриша и стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ о недопустимости нарушения режима перемирия и военных действий в условиях глобальной угрозы пандемии.

Особенностью новой карабахской войны является факт азербайджано-турецкой военной коалиции с использованием многочисленных иностранных наёмников и боеви-ков международных террористических организаций стран Ближнего Востока и Азии (включая Сирии, Ливии, Ирака и др.). Целью коллективного агрессора является не ре-шение карабахского вопроса, а массовое истребление армян Нагорного Карабаха, ли-шение их права жить на земле своих предков и оккупация армянских территорий.

Турция, Пакистан и Афганистан оказывают прямое содействие Азербайджану в карабахском конфликте. Тысячи исламских наемников и боевиков, участвующие в этой войне на стороне Азербайджана, способны интернационализировать конфликт и пре-вратить Южный Кавказ в очередную зону региональной нестабильности и эпицентр международного терроризма.

Война против армян Карабаха, развязанная с лидирующим участием Турции, пре-следует далеко идущие геополитические амбиции Анкары, нацеленные на возрождение доктрины пантюркизма и реализацию планов неоосманизма, уничтожение «армянского клина» и установление собственного диктата на Кавказе и в Центральной Азии, что со-здает экзистенциональную угрозу не только для безопасности Армении и Нагорного Карабаха, но и вступает в противоречие с интересами ведущих стран Евразии (включая России, Ирана и Китая).

Армия обороны Арцаха ведет неравную борьбу и оказалась на передовом рубеже цивилизационной борьбы с международным терроризмом, где боевые формирования ИГИЛ вошли в состав регулярной армии члена ООН Азербайджана и координируются членом НАТО Турцией. Превращение Азербайджана в логово международного терро-ризма несёт угрозу миру, региону и самому азербайджанскому обществу.

И в этих условиях только Армения, будучи единственным гарантом безопасности Нагорного Карабаха, и мировая армянская диаспора оказывают всестороннюю помощь в противостоянии агрессору. Позорным явлением карабахской войны остается факт продолжения оказания военной помощи агрессору со стороны Израиля, а также пози-ция Грузии, создающая в дни войны благоприятные условия для транзита через свою территорию военных грузов (Турции и Израиля) в Азербайджан при одновременном блокировании соответствующей поддержки армянской стороне. Последнее свидетель-ствует о соучастии Грузии в конфликте против Нагорного Карабаха.

Естественно, карабахская проблема сегодня стала главной политической темой мировых СМИ и международной дипломатии, которая требует безотлагательных мер по прекращению боевых действий и политическому урегулированию. Пока что из крупных стран только Франция в своих оценках адресно отмечает виновника новой во-енной эскалации в лице азербайджано-турецкого союза, именно президент Э. Макрон первым обозначил участие исламских боевиков при организующем и координирующем участии Турции и ее спецслужб в карабахской войне на стороне Азербайджана. Тот же Париж представил сущность азербайджанской агрессии в повестке ЕС и Европарламен-та, французская сторона полагает решение карабахского вопроса путем признания не-зависимости Арцаха и возврата части территорий Азербайджану.

В то же время ряд экспертов в России и Израиле считают, что Франция вряд ли способна оказать существенное воздействие на ситуацию в регионе и помочь армян-ской стороне в военном противостоянии азербайджано-турецкой агрессии. Правда, те, кто об этом говорит, сами толком не называют, а какая же страна готова противостоять этому произволу и терроризму?

Более того, становится крайне неубедительным мнение израильтян о военной им-потенции Франции при условии, что Армия обороны Израиля, считающая себя мощной силой на Ближнем Востоке, немногим месяц назад участвовала в военных учениях в Средиземноморском бассейне совместно с той же Францией и Грецией против Турции. И если компетентный израильский эксперт Яков Кедми, оценивая ситуацию в зоне ка-рабахского конфликта, некомпетентно заявляет, что армянская армия из-за политики Н. Пашиняна и якобы американских военных инструкторов (которых ни в Армении, ни в Карабахе не было и, полагаю, не будет) стала менее профессиональной и разучилась воевать, то возникает вопрос об осведомленности «Моссад» и «Аман» в карабахском конфликте. Ход военных действий в Арцахе показывает, что как раз Армия обороны НКР является самой боеспособной армией региона и противостоит коалиционным си-лам Азербайджана, Турции, Пакистана и исламских террористов, к тому же получаю-щих достаточное вооружение от самого Израиля в дни войны. Наконец, если американ-цы являются плохими военными специалистами, почему же Яков Кедми не требует от властей Израиля прекратить стратегическое военное сотрудничество с Пентагоном, по-чему израильские офицеры проходят переподготовку в тех же американских военных академиях, почему израильская военная промышленность интегрирована в американ-скую систему оборонных корпораций и технологий?

Расчет Азербайджана путем войны решить карабахский вопрос в свою пользу не состоятелен при любых раскладах и в первую очередь из-за провала собственной ар-мии благодаря героическому сопротивлению Армии обороны НКР. Во-вторых, мир убедился, что политика армянофобии президента Ильхама Алиева не оставляет иного выбора, как признание независимости Арцаха. И сегодня все больше стран в своих ад-ресных заявлениях отмечают солидарность с борьбой армян Нагорного Карабаха (включая, Францию, Грецию, Кипр, Нидерланды, Польшу, Австрию, Канаду). В-третьих, планы части внешних сил получить энергоресурсы Азербайджана взамен на возврат Карабаха в состав Азербайджана оказались под угрозой детонации существу-ющих транзитных коммуникаций, расположенных вблизи зоны конфликта. И тот факт, что азербайджанская армия наносит военные удары по территории Армении (включая по мирным и военным объектам) развязывает армянской армии руки для нанесения адекватного ответа по всей инфраструктуре Азербайджана. И здесь никто не даст га-рантии по части трубопроводов и иных важных объектов вблизи зоны карабахского конфликта. Наконец, страны, избравшие выжидательный путь, либо соучастие в пре-ступлениях против армян Карабаха, оказались перед выбором.

Россия, сохраняя внешне позицию равноудаленности в своих оценках нынешней войны в Карабахе, пока что ограничивается призывами к сторонам конфликта прекра-тить боевые действия. Благодаря призыву президента В.В. Путина российский МИД смог организовать встречу глав внешнеполитических ведомств Армении и Азербай-джана, добиться после 10-ти часовых переговоров подписания соглашения о гумани-тарном перемирии для обмена пленными и телами погибших. Однако Азербайджан по указке Турции сорвал эти соглашения и продолжил боевые действия против Карабаха. Алиев не желает забирать тысячи трупов своих аскеров, ибо не знает каким будет ответ азербайджанского общества. Его цель добиться скорой победы и возврата потерянных территорий.

В сложившейся ситуации диктата Анкары, Азербайджан вряд ли прислушается к декларативным призывам России, либо другой страны о прекращении войны и тактики тотального уничтожения (включая мирных городов и гражданских объектов) армянско-го Карабаха. Одними призывами и декларациями еще никто не останавливал ожесто-ченные войны, тем более турок. Необходимы верификационные механизмы контроля за исполнением сторонами конфликта взятых обязательств. И подключение министерства обороны России к процессу установления перемирия с заявлением министра иностран-ных дел РФ С.В. Лаврова о целесообразности ввода российских военных наблюдателей в зону конфликта – это признаки активизации российской военно-политической дипло-матии.

Россия, если не в интересах своего союзника Армении, то исходя из соображений собственной безопасности на Кавказе и геополитических императивов на постсовет-ском пространстве в целом, обязана задуматься о превентивных мерах по локализации военного конфликта в Карабахе. В том числе, уничтожения нового очага международ-ного терроризма, формируемого в мягком подбрюшье РФ ее двумя «стратегическими партнерами» в лице Турции и Азербайджана. И на это Москва имеет полные правовые основания, с учетом последних поправок в Конституцию РФ, где четко обозначено, что, во-первых, современная Россия является правопреемником СССР (следовательно, име-ет свои жизненно важные интересы на постсоветском пространстве и несет определен-ную ответственность за безопасность); во-вторых, Россия признала верховенство наци-онального законодательства над международным (особенно в части вопросов, касаю-щихся ее безопасности); в-третьих, Россия является одним из ведущих сопредседателей Минской группы ОБСЕ по карабахскому вопросу, стало быть, Москва не может оста-ваться вне темы карабахской войны. А самое важное, что Турция нарушает правовые соглашения с Советской Россией по ситуации в Закавказье. Последнее оставляет за Россией право расширить свое военное присутствие в данном регионе и денонсировать договора 1921 г. А собственно с чего начался карабахский вопрос?

Как известно, провозглашение независимых государств Закавказья в 1918 г. на об-ломках Российской империи и благодаря Октябрьской революции привело к ситуации военной агрессии Турции и образованию впервые в истории азербайджанской государ-ственности в форме Азербайджанской Демократической Республики (АДР). Поскольку ранее в Закавказье, да и в любом другом регионе мира не было государства с подобным названием, поэтому новое образование находилось в противоречиях со своими геогра-фическими соседями (Арменией, Грузией, Дагестаном) по части определения границ. Исторические армянские территории Карабаха, Зангезура и Нахичевана стали предме-том спора между Азербайджаном и Арменией. В 1918–1920 гг. власти АДР так и не смогли установить военный контроль и включить названные армянские области в свой состав. В свою очередь Лига Наций в 1920 г. не приняла Азербайджан в свой состав именно по причине территориального спора с Арменией (включая по Карабаху). Сле-довательно, независимый Азербайджан в 1918–1920 гг. де-юре не имел в своем составе Нагорный Карабах. В свою очередь декларация о независимости Азербайджана 1991 г. признала правопреемственность от АДР 1918–1920 гг., а не Азербайджанской ССР 1920–1991 гг.

Карабахский вопрос стал следствием большевистско-турецкого Московского до-говора от 16 марта 1921 г., согласно которому Армения потеряла часть территорий в пользу Турции и Азербайджана. Именно в 1921 г. Советская Россия и кемалистская Турция провели разделительную линию по р. Аракс, Москва признавала политическое образование Азербайджан с частью армянских территориальных автономий Нахичева-на и Нагорного Карабаха под своим контролем, Турция же получала часть территорий Восточной (Русской) Армении. Армянская ССР с Зангезуром в 29,9 тыс. кв. км оставля-ла России малый остров противостояния последующим пантюркистским амбициям Турции в регионе.

Весной 1920 г., когда Турция осознала угрозу полного территориального краха и возможной потери Армянского нагорья, а Красная Армия вновь устремилась к бакин-ской нефти, Мустафа Кемаль-паша согласился на советизацию Азербайджана и пере-дачу данного молодого тюркского образования под контроль России. В те дни мусава-тистское правительство Азербайджанской Демократической Республики выражало естественное недовольство потерей суверенитета с согласия Турции, которая весной-осенью 1918 г. ценой военной агрессии армии Нури-паши фактически и создала Азер-байджан со столицей в нефтяном Баку.

В этой связи турецкий генерал Февзи-паша направил циркуляр своему резиденту в Баку – консулу Мемдуху Шевкят-бею для передачи азербайджанским партнерам, в ко-тором отмечалось: «Как бы не были хороши наши отношения с Россией сегодня, нужно подходить к этому вопросу с позиций завтрашнего дня. Россия за Тереком и Дербентом. Между нами должны быть буферные кавказские республики. Вот что определяет нашу политику. Этот план уже разработан, и результаты его скажутся скоро».

Прошло всего-то ничего – практически один век, и Россия сегодня в Закавказье столкнулась с реваншизмом Турции, опирающаяся на буферный Азербайджан и наце-ленная на установление собственного доминирования в данном регионе с последую-щим прорывом в богатейшую ресурсами тюркскую Центральную Азию. В этой обнов-ленной стратегии неопантюркизма Анкара находит заинтересованных партнеров в лице сильного англосаксонского Запада (Великобритании и США) и нацеленного на финан-совое доминирование в коммуникационно-энергетических проектах Израиль. Данная стратегия Турции используется мировой закулисой в качестве приводного инструмен-тария в стратегически важные регионы Кавказа и Центральной Азии для последующего формирования коридора между Китаем и Россией, а также блокирования Ирана на се-вере. В этой стратагеме карабахский конфликт становится поводом для масштабных геополитических трансформаций.

Вслед за перемирием в зоне карабахского конфликта в мае 1994 г., Азербайджан уже 20 сентября того же года заключил первые «контракты века» по каспийской нефти и газу с крупными энергетическими компаниями Великобритании, США и Турции. И, конечно, стал вопрос о маршруте их транспортировки. В то время основным маршру-том был советский нефтепровод Баку – Грозный – Новороссийск. Однако Запад и Тур-ция вряд ли собирались усиливать Россию и сохранять ее геополитический контроль над Апшероном. Обходной же путь предполагал строительство новых энергетических коммуникаций вне контроля России через Турцию в Европу. С учетом российско-армянских союзнических отношений, армяно-турецких исторических проблем и сохра-нения карабахского вопроса в актуальной повестке, Запад и Турция не могли рассчиты-вать на армянский маршрут транзита в ситуации, когда наиболее выгодный путь через Иран исключался ввиду ирано-израильских и ирано-(британо)американских противо-речий. Этот маршрут определялся через Грузию, несмотря на ее протяженность и фи-нансовую затратность (так, нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан обошелся почти в 3 млрд долл. США). Именно поэтому в ноябре-декабре 1994 г. спецслужбы стран Запада и Турции с использованием Азербайджана инициировали внутренний военный кон-фликт в России с эпицентром в Чечне, дабы блокировать российский нефтепровод.

Еще в период первой карабахской войны в 1993 г., после прихода к власти в Азер-байджане Гейдара Алиева, турецкие спецслужбы проводили операцию по переброске стрелкового вооружения в Чечню, а в начальный период конфликта и боевиков из Тур-ции и других стран Ближнего Востока (тот же эмир Хатаб и др.). Искандер Гамидов (руководитель азербайджанских «серых волков» и бывший министр внутренних дел Азербайджана) публично заявлял о той помощи, которую они оказывают шехидам в Чечне.

Во второй половине 1990-х гг. под давлением Запада и Турции глава Грузии Э. Шеварднадзе согласился на антироссийский союз и транзит каспийской нефти в Тур-цию. Непосредственно территория Грузии (Панкисское ущелье, Ахмедский район) на границе с Россией (Чечней) стала активно использоваться для переброски боевиков и иной поддержки сепаратистам.

Как известно, вторая чеченская война началась летом 1999 г. с «похода» Шамиля Басаева на два соседних района Дагестана (Кара-махи, Чабан-махи) якобы с целью формирования Исламской (Чечено-Дагестанской) конфедерации. В реальности же, это наступление на Дагестан определялось не Шамилем Басаевым, а его зарубежными партнерами. Россия тогда в лице своего замминистра по энергетики Бориса Немцова заявила о готовности построить обходной маршрут нефтепровода из Дагестана через Ставропольский край в Новороссийск, дабы успокоить внешних партнеров по части «взбунтовавшейся» Чечни (поскольку нефтепровод из Баку, прежде чем попасть в Грозный, проходил через Дагестан). И именно поэтому Запад, Турция и Азербайджан были соучастниками новой войны на Северном Кавказе с целью детонировать Дагестан и блокировать любые планы Москвы по установлению контроля над бакинской нефтью. Россия в итоге проиграла данную схватку, ибо на Стамбульском саммите ОБСЕ с уча-стием президента США Б. Клинтона было принято окончательное решение по маршру-ту нефте- и газопровода из Каспия через Грузию и Турцию в Европу. Более того, Гру-зия потребовала вывода российских военных баз со своей территории. Так Москва ока-залась аутсайдером в закавказской нефтяной игре, а новая власть после Бориса Ельцина в интересах сохранения относительной стабильности на Северном Кавказе пошла на политику умиротворения, вывела свои войска из Грузии и при согласии Запада получа-ла дивиденды от продажи собственной нефти и газа на европейском рынке. Народ Чеч-ни оказался одним из жертв войны, развязанной иностранными центрами и их служба-ми.

Подобная ситуация сохранялась до августа 2008 г., то есть до конфликта с Грузи-ей. Россия вновь оказалась под санкциями Запада из-за рельефного обозначения своих геополитических интересов на Южном Кавказе. Однако в ходе юго-осетинского кон-фликта русские так и не ударили по азербайджанским нефте- и газопроводам. В ситуа-ции же после марта 2014 г., то есть воссоединения Крыма с Российской Федерацией, антироссийские санкции ужесточились. Вместе с тем, Россия в том же Закавказье оста-ется важным игроком с учетом союза с Арменией и сохранением карабахского вопро-са.

Попытки России использовать внешние противоречия Турции с США и Израилем в плане установления партнерства с Анкарой оказались недостаточно успешными. Рус-ские стали продавать стране НАТО свое вооружение, строить за собственные же деньги (более 21 млрд долл.) первую в истории Турции АЭС «Аккую» в Мерсине и газопровод «Турецкий поток» в обход православной Украине. И на всех этих направлениях русская дипломатия потерпела фиаско, если не считать узкую группу протурецких лоббистов и рост коррупции отдельных чиновников.

Россия в данном контексте сама начала активно продавать союзнику Турции и противнику Армении Азербайджану собственные виды наступательных вооружений и боевой техники (включая РСЗО «Смерч», Тос-1, «Ураган», танки Т-90 и др.), которые использовались Баку в ходе военной агрессии в Карабахе в апреле 2016 г. и сейчас. Те же кассетные бомбы от разрывающихся в городах Арцаха снарядов РСЗО «Смерч», увы, имеют российское производство. Подобная военная дипломатия не может считать-ся проявлением равноудаленной и сбалансированной политики РФ на Южном Кавказе.

Аргументы российских экспертов о том, что это рынок торговли оружия и чистый бизнес, вряд ли могут быть приняты. Во-первых, подобные виды вооружения Азербай-джан не смог бы закупить у других стран. Во-вторых, продажа оружия не есть продажа помидоров, а есть инструмент геополитики. В-третьих, сегодня Украина также нужда-ется в наступательных видах российского и белорусского вооружения против непри-знанных (включая со стороны Москвы и Минска) Донбасской и Луганской народных республик, но вряд ли русские и белорусы станут продавать украинцам подобное ору-жие. В-четвертых, их активное применение Азербайджаном против армян Карабаха не вызывает в России жесткой оценки, соответствующих санкций в отношении режима Ильхама Гейдаровича. Однако превращение Азербайджана в плацдарм исламского терроризма бумерангом скажется на безопасности самой России (собственно, уже ска-зывается, если посмотреть на недавний факт переброски террористов в Чечню из Азер-байджана, а также попытки рекрутировать на карабахский фронт бойцов из Дагестана).

Анкара, согласившись на российский проект «Турецкий поток» и осознавая его бесперспективность для Европы с учетом позиции Лондона и Вашингтона, в то же вре-мя смогла реализовать новый масштабный азербайджанский проект газопровода TANAP в обход России. Р. Эрдоган намерен в обмен требовать вхождения в TANAP га-зовых ресурсов тюркских государств восточного берега Каспия – Туркменистана и Ка-захстана. И в этой связи соглашение прикаспийских государств в Актау 2018 г. вряд ли будут иметь обязательное значение для Анкары и ее западных партнеров.

Все это и стало прелюдией для начала новой агрессии и широкомасштабной вой-ны Азербайджана против Нагорного Карабаха с участием Турции. Уже на протяжении двух и более лет спецслужбы заинтересованных стран владеют информацией о вербов-ке турецкими разведслужбами (МИТ и ГРУ) боевиков в Сирии, Ираке и Ливии для по-следующей их переброски в Азербайджан с целью использования в войне против Кара-баха и Армении. Глава Совета безопасности Армении имел возможность ознакомиться с информацией своих российских коллег. Так что Сергей Нарышкин всего лишь пуб-лично подтвердил факт участия на стороне азербайджанской армии боевиков междуна-родных террористических формирований. Правда, в заявлении директора СВР России прозвучало и возможное наличие в карабахском конфликте курдских боевых отрядов.

Последнее позволяет отметить, что в рядах курдского сопротивления могут быть сторонники участия в карабахском конфликте. Однако, если предположить, что курд-ские боевики планируют воевать на армянской стороне, то об этом нет фактических до-казательств (пленных, трупов, документальных подтверждений, перехвата радиоэфира и т.д.), чего не скажешь об участии наемников на стороне Азербайджана (в Карабахе уже уничтожено более 100 арабских и прочих боевиков, зафиксированы их переговоры по радиоэфиру, имеются соответствующие видеосъемки). Наконец, глава российской разведки не может не знать, что внешние границы Армении охраняют российские по-граничники. И вряд ли ФСБ России пропустила бы курдских боевиков на территорию Армении без ведома собственных властей. Другой вопрос, что на стороне Армии обо-роны Арцаха могут воевать добровольцы армяне из стран зарубежья (включая и Ближ-него Востока), но они не являются наемниками и террористами, а защищают свою исто-рическую Родину от агрессии азербайджано-турецкого альянса и международных тер-рористов. Никто с армянской стороны не говорит о том, сколько азербайджанцев из-за рубежа пришли воевать в армии Алиева.

Опыт сбалансированных оценок сторон карабахского конфликта не приблизил мир в регионе, поскольку нынешнее руководство Азербайджана во главе с президентом И. Алиевым прямо заявляет о военном методе решения карабахской проблемы в свою пользу без учёта интересов армянской стороны. Более того, Азербайджан, совершая обстрел территории члена ОДКБ Армении, намерено провоцирует российско-турецкое столкновение в регионе и призывает Турцию к более активному участию в антиармян-ской агрессии.

Развязанная азербайджано-турецкой коалицией современная война против армян-ского народа в Нагорном Карабахе с привлечением интернационала исламских терро-ристов является геополитической бомбой замедленного действия, взрыв которой будет иметь серьезные последствия и для самой России и для Ирана с Китаем.

История карабахского конфликта со всей очевидностью свидетельствует, что дан-ная трагедия стала следствием большевистско-турецких соглашений (включая Москов-ского договора от 16 марта и Карского договора от 13 октября) 1921 г., в результате ко-торых армянские территории были переданы проигравшей в Первой мировой войне Турции и ее детищу в Закавказье – Азербайджану. Новое противостояние российско-турецких геополитических интересов в Закавказье требуют денонсации названных со-глашений и исключения участия Турции в судьбе региона. Поскольку Турция нарушила свои же обязательства 1921 г. и перешла линию р. Аракс в Нахичевани и Аджарии, а сейчас диктует тактику агрессии против Карабаха, то Россия вправе отказаться от по-ложений Московского и Карского договоров и расширить свое военно-политическое присутствие в регионе. Однако планы Москвы разместить российские войска вокруг бывшего НКАО, то есть во всех 7-ми освобожденных районах, и передать под контроль Азербайджана Кельбаджарский и Лачинский районы, окажутся несостоятельными. Нельзя решить карабахскую проблему, закладывая в нее новую конфликтную геогра-фию.

Международное сообщество стоит перед необходимостью разрешения карабах-ского вопроса в форме признания независимости Нагорно-Карабахской Республики. Изначально Азербайджан в контексте разрешения карабахского вопроса, начиная с по-громов в Сумгаите в 1988 г., использовал язык силы и варварства против армян. Впо-следствии тактика погромов мирного армянского населения в Сумгаите, Кировабаде и Баку трансформировалась в стратегию военной агрессии против Нагорного Карабаха и тотальное уничтожение армянского населения (война 1991–1994 гг., агрессия 2016 г., война 2020 г.). Убийца Рамиль Сафаров стал не только символом пищерного варварства и трусости офицера, но и выражением сути азербайджанской политики силового раз-решения карабахского вопроса. Синдром геноцида армян в Османской Турции, отрица-ние данного факта преступления современной Турцией и террористическая антиармян-ская политика Азербайджана являются аргументом о невозможности возвращения Ка-рабаха в состав тюркского государства.

Алиев небезосновательно полагает, что прав тот, у кого больше силы. Что ж, кара-бахская война определит у кого больше прав.

Доктор политических наук, профессор
Александр СВАРАНЦ


Источник: NovostiNK

Поделитесь с друзьями:


Предыдущая новость: Следующая новость:
В вооружении Армии обороны есть оружие подобное “Искандеру”, оно делает свое дело: представитель МО
В вооружении Армии обороны есть оружие подобное “Искандеру”, оно делает свое дело: представитель МО
В Армии обороны Республики Арцах есть оружие подобное...
Лавров и глава МИД Азербайджана подтвердили необходимость выполнения московского заявления
Лавров и глава МИД Азербайджана подтвердили необходимость выполнения московского заявления
По инициативе азербайджанской стороны 14 октября состоялся телефонный...
Первые шаги в направлении признания Арцаха должна делать Армения
Первые  шаги в направлении признания Арцаха должна делать Армения
Первые шаги в направлении признания Арцаха должна делать...


Cайт Хачатура Аветисяна
Писатель "Ян Ситева"



Два бюста маршала Говорова в подарок Петербургу