Топ Новое

"ТЕРРИТОРИИ ВЗАМЕН... НИЧЕГО?" О ЧЁМ ШУМИТ РЕКА?..

25-04-2020, 22:00 Просмотров: Политика, Тема дня
"ТЕРРИТОРИИ ВЗАМЕН... НИЧЕГО?" О ЧЁМ ШУМИТ РЕКА?..

25 апреля 2020, 22:00 - NovostiNK
Спустя ровно неделю после завершения карабахских выборов в условиях кризи-са пандемии 21 апреля с.г. министр иностранных дел России г-н С.В. Лавров на ви-деоконференции с представителями Фонда им. Горчакова, касаясь темы карабахского урегулирования, выступил с заявлением, которое внесло дополнительное напряжение в переговорный процесс.

Как известно, г-н Лавров перечислил отдельные периоды усилий посредников Минской группы ОБСЕ (в первую очередь России) по реализации тех самых мадрид-ских принципов и остановился на казанском документе 2011 г., аналогичных проектах 2014 и 2016 гг. и, наконец, на апрельской встрече 2019 г. в Москве глав внешне-политических ведомств Азербайджана, Армении и России, где в основе переговорной базы рассматривались подходы поэтапного урегулирования карабахского вопроса, предполагающие "освобождение ряда районов вокруг Нагорного Карабаха и разбло-кирование транспортных, экономических и прочих коммуникаций", далее возвраще-ние азербайджанских беженцев и вынужденных переселенцев в места прежнего про-живания (бывший НКАО и вокруг него), разблокирование коммуникаций и отложение статуса самого Нагорного Карабаха до неопределённого времени. И данный проект российская сторона, судя по заявлению г-на С.В. Лаврова, считает "важнейшим шагом в выполнении резолюции Совета безопасности ООН по карабахскому урегулиро-ванию".

Естественно, выступление главы российского МИД было с воодушевлением встречено в Азербайджане, как некий обнадеживающий шанс мирного урегулирова-ния карабахского вопроса. И это понятно, поскольку Баку, не достигнув своих целей военным путём в ходе апрельской войны 2016 г., может мирным путём добиться воз-врата под свой контроль "ряда территорий вокруг Нагорного Карабаха" (а точнее бывшего НКАО, поскольку и все 7 районов вокруг данной автономии составляют гео-графический край Нагорного Карабаха), переселить в ту же Шушу и "районы вокруг" своих беженцев, получить выгодную военную диспозицию в отношении армянской стороны, отложить на неизвестность статус бывшей НКАО и добиться решения дан-ного вопроса в свою пользу.
А чего же получат армяне в этой динамике, кроме громких обещаний мира и безопасности под контролем азербайджанцев и посредника(-ков), склоняющихся в пользу каспийской нефти и тюркской доминанты в регионе? Армянский политолог Ара Папян в этой связи полагает, что армянам Россия предлагает принцип "возврат территорий вместо ничего". И ему трудно будет возразить.

Министр иностранных дел Армении Зограб Мнацаканян в ответ на заявление Сергея Лаврова отметил неприемлемость для Еревана и Степанакерта поэтапного подхода решения карабахского вопроса, которые в тех же 2014 и 2016 гг. были от-вергнуты его предшественником министром Эдвардом Налбандяном и президентом Сержем Саргсяном. Правда, Серж Саргсян в 2011 г. пошёл при посредничестве Моск-вы на активные переговоры с Ильхамом Алиевым и был готов подписать казанское соглашение, которое, как он сам заявил в интервью телеведущему Дмитрию Киселеву, предполагало вывод армянских войск и возврат Азербайджану 7 "занятых" районов вокруг НКАО. Однако г-н Алиев в самый последний момент не согласился под-писывать данный документ. Почему же Ильхам Алиев отказался от казанского проек-та в 2011 г., о чём тот же Сергей Лавров подтвердил в одной из своих поездок в Ере-ван? Видимо потому, что армянская сторона была готова подписывать пакетный ва-риант поэтапного урегулирования, то есть реализацию принципа "территории взамен статуса". Иными словами, Алиев должен был согласиться на потерю бывшего НКАО с коридором для связи с Арменией и получить 7 усечённых районов, да к тому же ввод российского контингента миротворцев в зону конфликта.

После провала российского проекта Азербайджан активизировал нарушения на линии соприкосновения войск, поднял градус военной риторики и требовал "террито-рии в обмен на... мир". Подобная постановка вопроса вообще казалась наглой со сто-роны проигравшего войну 1991–1994 г. Азербайджана. Однако Баку был уверен в своём успехе (почему же нет, если Армения с подобной лёгкостью соглашается на 7 районов, то можно потребовать и весь Карабах), продолжал активно вооружаться (включая и современными видами оружия и боевой техники российского производст-ва), а бакинская дипломатия стала эффективно использовать противоречия Еревана с внешним миром (включая и с Россией) в свою пользу. В итоге после "бархатной ре-волюции" Никола Пашиняна в Армении принцип "территории в обмен на мир" трансформировался в "территории в обмен на... ничего (отложенный статус)".

С приходом к власти Никол Пашинян по части Карабаха заявил, что Степанакерт, будучи основной стороной конфликта, должен участвовать в переговорах и напрямую с Азербайджаном обсуждать формулу карабахского мира. Более того, Карабах не предоставил главе Армении соответствующего мандата и Пашинян не имеет юридического права вести переговоры. В обратном случае премьер Армении заявил о предоставлении подобного статуса через выборы, то есть присоединение Нагорного Карабаха к Армении. Но так и не дождавшись комментариев мадридских принципов в части компромиссов со стороны посредников и Азербайджана, Пашинян в начале августа 2019 г. на митинге в Степанакерте продекларировал формулу "Арцах – это Армения и точка". Правда, при этом армянский премьер продолжил участие во встре-чах и переговорах с азербайджанской стороной. Чем же ответил Ильхам Алиев? Как известно после саммита глав стран-членов ЕАЭС в Ереване Владимир Путин сразу же пригласил в Сочи президента Ильхама Алиева и заключил с ним 15 важных соглаше-ний о сотрудничестве (в том числе в экономической и военной сферах), а г-н Алиев использовал Валдайский форум для заявления о том, что "Карабах – это Азербайджан и восклицательный знак". Иными словами, налицо оказались дипломатические пре-имущества резких заявлений азербайджанского лидера с территории России в при-сутствии В.В. Путина, а с другой стороны – противоречивость и непоследовательность лидера Армении.

В январе 2020 г. премьер-министр Никол Пашинян на пресс-конференции в Ка-фане обвинил прежние власти в том, что они были готовы к поэтапному, а не пакет-ному урегулированию карабахского вопроса, включая возврат территорий, размеще-ние азербайджанских беженцев и переселенцев, сохранение международного контро-ля над Кельбаджарским и Лачинским районами с предоставлением узкого коммуни-кационного коридора Нагорному Карабаху и отложение референдума по судьбе ста-туса бывшего НКАО на неизвестное время. При этом армянский премьер призвал всех кандидатов в президенты Арцаха высказаться по данному подходу. И, как не странно, все кандидаты отмежевались от поэтапного варианта (хотя многие из них в силу своей прежней деятельности были в той или иной степени осведомлены о дипломатии Сержа Саргсяна, но сохраняли удивительное если не согласие, то молчание), однако не предложили альтернативы.

Время показало, что судьба освобождённых карабахских территорий вокруг бывшего НКАО, которые в 1921–1936 гг. были умышленно отторгнуты от самой ар-мянской автономии правительством Советского Азербайджана в целях исключения географической и коммуникационной связи Карабаха с Арменией, становится глав-ным рычагом дипломатического давления и манипулирования в урегулировании дан-ного конфликта. Действительно, изначально армянская сторона и не предполагала ос-вобождение 7 районов вокруг НКАО. Но ход войны и очередные наступления азер-байджанской армии вынуждали Карабах отражать внешнюю агрессию и освобождать примыкающие районы в целях самообороны.

Армения же в лице первого президента Левона Тер-Петросяна, потрясённая са-моуправством упрямых карабахцев и опасаясь внешней реакции, каждый раз призы-вала Степанакерт вернуть тот или иной освобождённый район Азербайджану. Дело доходило до смешного, когда карабахцы вынуждены были фактически притуплять "бдительность" Левона Акоповича и накапливая силы переходить в контрнаступление, либо глава Карабаха в прямом смысле скрывался от президента Армении и отка-зывался отдавать приказ на вывод войск. Именно подобный исход и диспозиция войск позволили Карабаху получить успех и мирную передышку, а главное – перевес в обороне от агрессии Азербайджана.

Получается, что принцип "территории взамен..." являются для Карабаха услови-ем не мира и безопасности, а потери свободы и полного провала. А тот, кто пойдёт на подобный вариант "мира", становится предателем национальных интересов. Если же сводить карабахский вопрос к теме "гарантии безопасности", то главным гарантом безопасности здесь может выступить только армянская армия. Посредники в лице ве-дущих мировых держав, исходя из своих интересов, могут сегодня пообещать и армя-нам и азербайджанцам большие гарантии, но ни один из них не заинтересован в безо-пасности той же Армении или Азербайджана без учёта своих региональных интересов и безопасности.

Весной 1920 г. карабахские армяне согласились на вхождение Красной Армии в Нагорный Карабах, командование которой в лице большевиков обещало мир и спра-ведливое решение вопроса спорной территории. В итоге генерал Андраник ушел из Карабаха. В Зангезуре же Нжде не поверил ни туркам, ни большевикам и отстоял Сюник для Армении. Русские же в лице "зангезурского клина" получили географиче-скую разорванность тюркского мира и устойчивый выход на р. Аракс и Иран. Именно поэтому армянский народ признает Гарегина Нжде своим национальным героем, ну а в России создают Азербайджану и Турции благоприятную ситуацию демонтажа за-слуг того же Нжде. Красная же Армия гарантировала реализацию решения пленума Кавбюро от 5 июля 1921 г. по судьбе Карабаха. Именно поэтому карабахские армяне не могут повторить ошибку 1920 г., вход же международных (или российских) войск в Кельбаджар и Лачин без статуса самого Арцаха может означать очередной провал карабахского движения в первой четверти ХХI в.

В последнее время экс-посол Армении в Ватикане Микаэл Минасян стал часто возвращаться к внутриполитической повестке в РА и критике Никола Пашиняна (где, очевидно, есть основания, и кому, как ни М. Минасяну, лучше знать экс-депутата/журналиста, а ныне премьер-министра Н. Пашиняна). Я не стану вступать в полемику по части политического кризиса в Армении и соглашусь, что у Никола Па-шиняна нет пока ни профессиональной команды, ни ясных программ. Борьба с кор-рупцией, конечно, важная часть государственной политики, но не есть революционное преобразование (хотя и по части коррупции армянским властям кроме громких слов и маски-шоу пока и особо нечем похвалиться). Однако иной раз складывается впечатление, что в Армении оказывается и коррупции не было, ибо "нет" утечки ка-питала, а прежние власти чисты как "железный Феликс" и нет коррупционеров в соб-ственном Отечестве. Микаэл Минасян в статье, посвящённой теме геноцида, справед-ливо отмечает: "Однажды мы придем к болезненному выводу о том, что во всех тра-гедиях, происходящих с нами, есть доля собственной вины. Поскольку не могут побе-ды быть нашими, а поражения – следствием сложившихся обстоятельств".

Интерпретируя данный вывод бывшего армянского дипломата на карабахский вопрос можно с полной уверенностью отметить, что в 1920 г. армяне в Арцахе со-вершили ошибку, которую могут повторить и спустя 100 лет. Разница лишь в том, что если в 1920-х гг. Армения и Азербайджан входили в состав Большой России и Кара-бах стал заложником в руках у большевиков против тюркской диагонали, то в первой четверти ХХI в. Россия не владеет Южным Кавказом и сама остаётся в состоянии кризиса.

Генерал Бабаян в новейшее время своими "маленькими авантюрами" в горах Ар-цаха смог обеспечить выход своей победоносной армии и контроль над линией от гор Омара до реки Аракса. Именно он утверждал перед руководством Армении необходи-мость сохранения "при любой погоде" Кельбаджара и Лачина под контролем армян-ских войск исходя из соображений не только истории, но и безопасности, экономики и логистики. Время показало, что позиция командарма была единственно верной.

Современные территории НКР определены конституцией данного образования. Сам же Карабах не исключает компромиссного варианта решения проблемы при ус-ловии равнозначных уступок, о чём всегда отмечалось армянской стороной (включая и 7 тезисов новоизбранного президента Арцаха Араика Арутюняна, опубликованные 22 апреля с.г. в ответ на заявление российского министра Сергея Лаврова). Странным образом посредники не касаются части территорий НКАО, а также армянонаселённых Шаумяновского района и Геташенского подрайона, которые подверглись насиль-ственной депортации и оккупации в ходе войны 1991–1994 гг. Азербайджан при этом заявляет, что названные территории являются его частью, которые он освобождал от армянских сепаратистов. Однако не может же всё население этих территорий быть сепаратистами...

Станислав Тарасов, являющийся специалистом-востоковедом (включая и по час-ти армяно-азербайджанских отношений), анализируя тезисы нового президента Ар-цаха А.В. Арутюняна, полагает новизной подхода Степанакерта 6-й тезис об одно-временном и одинаковом решении проблем и армянских и азербайджанских беженцев и переселенцев, связанных с карабахским конфликтом. Правда, при этом С. Тарасов почему-то уверенно считает, что с азербайджанскими беженцами всё ясно, ибо Баку давно желает их вернуть в Карабах, обеспечить численный перевес, а потом со-гласиться на референдум по статусу Нагорного Карабаха в пределах границ бывшей НКАО, где максимум на что могут согласиться азербайджанцы – это автономия края в составе Азербайджана. А вот судьба возвращения армянских беженцев в Баку, Сум-гаит, Гянджу и другие населённые пункты Азербайджана не обещает бакинским вла-стям никаких политических проблем.

При этом российский эксперт допускает даже не только возвращение армян в Азербайджан, но и предоставление им выплат компенсации за утерянное имущество и собственность. Поскольку, видите ли, президент Ильхам Алиев и возглавляемая им правящая партия "Ени Азербайджан" ("Новый Азербайджан") не несут никакой от-ветственности за трагические события 1988–1991 гг. и предали анафеме "Народный фронт Азербайджана" (НФА) во главе с Абульфазом Эльчибеем. Иными словами, ар-мяне Азербайджана не будут определять статус республики, а вот азербайджанцы Ка-рабаха никогда не проголосуют за независимость Арцаха. Ереван же в лице "азербай-джанских армян" теряет важный политический фактор.

Тем самым Станислав Тарасов делает вывод, что оказывается Араик Арутюнян таким образом даёт властям Азербайджана шанс начать прямой диалог со Степана-кертом и в свою пользу решить карабахский вопрос. Тарасов извлекает подобный вы-вод тем обстоятельством, что предшественник Ара Арутюняна Бако Саакян, касаясь темы беженцев в карабахском урегулировании в своём интервью изданию "Мirror Spectator" заявлял, что "азербайджанские беженцы могут вернуться в Карабах и жить там при условии, если признают юрисдикцию республики". Но при этом он также указывал и на проблему армянских беженцев.

Честно говоря, особой разницы в подходах Араика Арутюняна и Бако Саакяна я не вижу, поскольку лидеры Карабаха справедливо отмечают, что проблема беженцев и вынужденных переселенцев должна решаться одновременно и в обоюдных интере-сах, а не усечёно в пользу одной стороны (как предлагает Азербайджан). При этом следует отметить, что численность азербайджанских беженцев из бывшего НКАО и 7 районов вокруг неё на момент 1988–1994 гг., то есть в период конфликта и войны, не превышала 315–350 тыс. человек. Данная цифра сопоставима и с численностью ар-мянских беженцев из Баку, Сумгаита, Кировабада и других населённых пунктов Азербайджанской ССР (ибо согласно переписи 1989 г. превышала 350 тыс. чел.).

Однако Тарасов, очевидно, умышленно не отмечает, что практически подав-ляющая часть тех же бакинских и прочих армян Азербайджана являлись выходцами из Нагорного и Равнинного Карабаха. Более того, Тарасов, будучи бакинцем, пре-красно понимает, что значительная часть армян (если не все) вряд ли согласятся вер-нуться в Азербайджан (несмотря на тёплые воспоминания о советском Баку), ибо в этой стране политика антиарменизма и армянофобия возведена в культ, ненависть к армянам здесь имеет массовый характер. Если президент Ильхам Алиев оправдывает трусливое убийство спящего армянского офицера Гургена Маргаряна, освобождает из заключения и героизирует офицера-убийцу Рамиля Сафарова, то о какой толерантности и желании армян вернуться в города Азербайджана может идти речь? Тарасов прекрасно знает ответ на этот вопрос, но предпочитает лукавить. Армяне же ответят на это словами Сергея Есенина: "Прощай Баку, тебя я больше не увижу...".

Наконец, с чего Станислав Тарасов сделал вывод, что за трагические события (а точнее резню, погромы и депортацию армян) в Сумгаите, Баку, Кировабаде, Шаумя-новском районе, Геташенском подрайоне и других населённых пунктах Азербайджа-на политическую ответственность несёт только НФА во главе с А. Эльчибеем? Вооб-ще-то до июня 1992 г. формальная власть в Азербайджане была в руках у коммуни-стов, а силовые ведомства не подчинялись "фронтовикам". Эльчибей, конечно, был причастен и несёт ответственность за погромы сумгаитских и бакинских армян, а прямую ответственность за депортацию армян с Шаумяновского района и Геташен-ского подрайона, за откровенный геноцид над армянами Мараги, но не только он один. Вообще-то Гейдар Алиев летом 1993 г. взял власть от НФА и вынужденного обращения к нему самого президента А. Эльчибея, а действующая власть несёт ответ-ственность за прежнюю. Таким образом можно оправдать и отказ современных вла-стей Турции признавать геноцид армян, совершённый властями Османской империи и кемалистской Турции. К тому же, никто не слышал откровенной критики политики Абульфаза Эльчибея в части погромов и депортации армянского населения Азербай-джана со стороны правящего режима во главе с И. Алиевым, скорее наоборот.

Однако Араик Арутюнян вряд ли собирается посылать сигнал Ильхаму Алиеву о том, что согласен вернуть армянских беженцев в Азербайджан, принять в Карабахе азербайджанцев и начать переговоры для возвращения под власть Баку. Лучшего ма-разма трудно было бы придумать. Араик Арутюнян, как в своё время и Бако Саакян, справедливо отмечают тем же посредникам, что судьбу азербайджанских беженцев невозможно решать без разрешения проблем армянских беженцев. Сегодня никто в мире и в самом Азербайджане в частности не может гарантировать армянам безопас-ность, а одним из вариантов решения проблемы т.н. "азербайджанских армян" может быть возвращение на свою Родину – в Карабах и в те же освобожденные районы. Азербайджанцы действительно могут вернуться в Арцах, если согласны принять за-коны данного образования.

Что же касается темы последующего референдума, то, как известно, конфликт начался в 1988 г. и в НКАО проживало соответствующее соотношение армян и азер-байджанцев (примерно 76% против 23%). И как бы карабахские азербайджанцы не проголосовали, при всех случаях они не могут изменить итоги референдума по теме независимости НКР. Другой вопрос, если речь пойдёт о всех районах (включая т.н. "зоны безопасности"), однако они оказались под контролем Степанакерта в результате и по праву войны. Именно данный вопрос и предполагает компромисс в формате "возврат – обмен".

В Армении часть экспертов небезосновательно стали подвергать резкой критике правительство Никола Пашиняна за предательство национальных интересов и согла-сие на поэтапный вариант урегулирования карабахского вопроса с возвратом терри-торий и размещением азербайджанских беженцев в зоне конфликта. Премьер, при-выкший по каждому поводу и без оного, обращаться к "гордым гражданам" напрямую через социальные сети, почему-то в данном ключевом вопросе предпочёл сохранить "гордое молчание". Уважаемый политолог Андраник Мигранян справедливо назвал данную ситуацию в карабахском переговорном процессе изменой более чем 20-летней истории армянской дипломатии, которая выступает за пакетный вариант ре-шения вопроса. Мигранян убежден, что опытный и один из лучших министров ино-странных дел современности Сергей Лавров вряд ли акцентировал бы внимание на поэтапном варианте решения проблемы и апрельской повестке московского саммита трех министров в 2019 г., если бы этого не было. Иными словами, Лавров не блефует, а то ли угрожает, то ли сигнализирует и предупреждает о последствиях.

И в самом деле, как в данном случае поверить Зограбу Мнацаканяну об обсуж-дении отдельных элементов и эпизодов данной повестки (вопрос – каких элементов), если он со своим коллегой Эльмаром Мамедъяровым превзошел все лимиты продол-жительности переговоров от 4 до 11 ч. О чём же оба министра говорят столь долго? Ну уж точно не о погоде в Арцахе или Москве.

Одни утверждают, что российская сторона не может быть удовлетворена поли-тикой Пашиняна по части партнёрства (тема уголовных дел в отношении российских операторов "Газпром-Армения" и ЮКЖД, арест экс-президента Роберта Кочаряна и обращения в этой связи президента Владимира Путина, кризис с генсеком ОДКБ в 2018–2019 гг., прозападные этюды Еревана, непрофессиональная команда, политика разделения общества на "белых" и "чёрных" и т.д.). Поэтому Москва посылает армян-скому обществу сигнал о неблагоприятных перспективах.

Всё это может и так. Но почему Лавров сделал данное заявление спустя ровно неделю после выборов в Карабахе и в условиях продолжающейся пандемии (к тому же, в преддверии 105-й годовщины геноцида армян)? Москва, судя по бурным деба-там в ходе предвыборной кампании в Арцахе, якобы поддерживала кандидатуру ге-нерала Виталия Баласаняна. Но последний был и остаётся радикальным противником уступок территорий. В реальности Москва имела весь расклад возможных вариантов итогов выборов в Арцахе и вероятность финальной победы Араика Арутюняна, но при этом опосредованно высказалась против Масиса Маиляна как якобы "соросовского кандидата". В результате и Маилян отпал от выборов. А между тем, в Карабахе общественное настроение, несмотря на угрозу коронавируса, сохраняет высокую кон-солидацию в части отказа уступок территорий.

В этой ситуации возникает вопрос, а разве карабахский вопрос решается с уча-стием только российского посредника? Что в этой связи думают США и Франция? Мы не можем из обращения от 24 апреля с.г. президента Э. Макрона к армянскому коллеге А. Саркисяну со словами поддержки Франции Армении по теме геноцида сделать вывод, что Париж поддержит Ереван и по вопросу Карабаха (хотя территори-альная проблема Нагорного Карабаха есть следствие геноцида армян и турецко-большевистского альянса в 1921 г.). Однако посредники, предлагая тот или иной ва-риант компромиссного урегулирования карабахского конфликта, должны учитывать равный подход и исключать односторонних уступок.

Армяне прекрасно понимают, что отказ от ведения переговоров означает веро-ятность возобновления войны с Азербайджаном. Посредники же, предлагая мирный вариант и равные уступки, должны предупреждать стороны о последствиях войны и санкциях в отношении агрессора. Если и этого не будет, то война неизбежна. Ни одна война, как правило, не начинается с предупреждения о её дате, но она всегда бывает ожидаемой, вокруг чего работает дипломатия, экономика и разведка. В итоге войны станет ясно, кто из сторон отказался от "лучшего" варианта мира и уступок в апреле 2020 г.
Видимо не случайно Мария Захарова, возвращаясь к вопросу Карабаха и эмо-циональных обсуждений заявления Сергея Лаврова, подчеркнула, что "тема Нагорно-го Карабаха довольно деликатна, и перенос её в плоскость публичных дебатов не яв-ляется конструктивным подходом". Правда, кто её перенёс в публичную плоскость – уж точно не Баку и не Ереван со Степанакертом.

Что же касается политической судьбы правительства Никола Пашиняна, то ответ ему дадут граждане Армении вместе с оппозицией. Если Пашинян не сделает выводов и продолжит путь популизма и охлократии, то его ждут печальные времена. Но при всех случаях, Никол Пашинян может последовать примеру отставки первого пре-зидента Левона Тер-Петросяна в случае уступнической политики по карабахскому вопросу. Можно, конечно, сказать, что сегодня в окружении премьер-министра нет таких ключевых и влиятельных деятелей, как Роберт Кочарян, Вазген Саркисян, Сам-вел Бабаян и Серж Саргсян, которые и решили без большого шума судьбу первого президента. К слову сказать, таких деятелей после октября 1998 г. (то есть гибели Вазгена Саркисяна) и с декабря 1999 г. (то есть после опалы и ареста Самвела Бабая-на) не было и в окружении Роберта Кочаряна с Сержем Саргсяном. Но сегодня первый командарм генерал Самвел Бабаян вернулся в реальную политику Арцаха, и угроза С. Лаврова может показаться смешной забавой перед гневом С. Бабаяна.


Доктор политических наук, профессор Александр СВАРАНЦ

Источник: NovostiNK


Поделитесь с друзьями:


Предыдущая новость: Следующая новость:
Свобода слова не дает права на тиражирование лжи
Свобода слова не дает права на тиражирование лжи
В медиа сфере Армении наблюдаются достаточно серьезные проблемы. В...
Штат сотрудников государственной системы Армении увеличится на 50
Штат сотрудников государственной системы Армении увеличится на 50
Премьер-министр Армении Никол Пашинян подписал решение об определении...
Согласно Лаврову основа переговоров – принцип “территории вместо ничего”
Согласно Лаврову основа переговоров – принцип “территории вместо ничего”
Согласно главе МИД России Сергею Лаврову получается, что в основе...


Cайт Хачатура Аветисяна
Писатель "Ян Ситева"



Два бюста маршала Говорова в подарок Петербургу